Читая в первый раз хорошую книгу, мы испытываем то же чувство, как при приобретении нового друга. Вновь прочитать уже читанную книгу — значит вновь увидеть старого друга.

Вольтер

| Источник: Санкт-Петербург: Грузчик из "Полушки" ударил ножом охранника магазина - интересно!

Библиотека


3
Книга про астронавта
Существуют самые различные книги. Одни из них созданы для того, что бы развлекать читателя, другие
3
Экстремистская книга Квачкова
Книга под названием Кто правит Россией была названа экстремистской. Владимир Квачков – бывший
3
Книга для детей шокирует
Новая необычная книга, выпущенная в Казахстане, повергла родителей в шоковое состояние. А ведь
3
Новая книга Ковеларта
Дидье ван Ковеларт не так давно выпустил новую книгу с интригующим названием «Принцип Полины». В

Опрос на сайте

Любите ли Вы читать книги?
Да, читаю постоянно
Читаю редко
Нет, книги не читаю

Вниз и Вверх - Часть 2

Он умер в родной деревне в Верхней Имеретии и там же был похоронен, на деревенском кладбище, в тени вековых дубов.

Оставшиеся бумаги (по свидетельству очевидцев, в по­следние месяцы писатель ежедневно работал) были пере­даны родственниками друзьям писателя, принимавшим участие в похоронах. Прочтение и систематизация бумаг заняли много времени. В результате тщательной текстоло­гической работы мы получили рукопись, представляющую, на наш взгляд, несомненный интерес.

Прочтение последней — посмертной рукописи Отара Дзидзигури оказалось делом кропотливым и сложным. Перенесенная болезнь (инсульт) сильно отразилась на почерке. Текст был искажен удручающим количеством характерных ошибок — недописанные слова, переста­новка букв, повторение отдельных слогов, слов и даже фраз. К тому же девять десятых рукописи написана твердым (слишком бледным) карандашом со слабым нажи­мом; при самом бережном обращении текст стирался бук­вально на глазах, точно испарялся с бумаги.

За исключением нескольких неоконченных фрагмен­тов, место и назначение которых установить не удалось, рукопись представляет собой воспоминания, перебивае­мые протокольно точными фиксациями деревенской жиз­ни. Однако думается, что это не просто ностальгические мемуары, а попытка создания невыдуманного романа, произведения, составленного из реальных кус­ков жизни, из сцепления эпизодов и судеб, имевших место действительности. Жизнь без беллетризации, как она ость — в последние годы это была Шее Нхе Отара Дзидзи-гури.

Воспоминания, свободные от художественного домыс­ла, вызвали ряд проблем этического характера. После их обсуждения с вдовой Отара Дзидзигури, а также с некото­рыми его друзьями, было решено заменить в тексте все собственные имена. Вдова настояла также на сокращении нескольких эпизодов, касавшихся подробностей семейной жизни, а также личной жизни Отара Дзидзигури.

Отдавая себе отчет в том, что такого рода вмешатель­ство — вторжение не просто в текст, а в художест­венную идею, мы пошли на этот шаг, поскольку аль­тернативой была консервация рукописи на неопределен­ный срок. Принимая такое решение, мы руководствовались не только литературными достоинствами романа (думает­ся, установка на скрупулезную, почти научную точность в ущерб артистическому своеволию художника сковывала писателя), но прежде всего актуальностью произведения, отразившего в форме искренней исповеди немало наболев­ших проблем нашей жизни. Кроме кропотливой текстоло­гической работы рукопись в силу ее специфики нуждалась в редактуре, тщательной и одновременно бережной.