Видеть прекрасно изданную пустую книгу так же неприятно, как видеть пустого человека, пользующегося всеми материальными благами жизни.

Белинский В. Г.

|

Библиотека


3
Книга про астронавта
Существуют самые различные книги. Одни из них созданы для того, что бы развлекать читателя, другие
3
Экстремистская книга Квачкова
Книга под названием Кто правит Россией была названа экстремистской. Владимир Квачков – бывший
3
Книга для детей шокирует
Новая необычная книга, выпущенная в Казахстане, повергла родителей в шоковое состояние. А ведь
3
Новая книга Ковеларта
Дидье ван Ковеларт не так давно выпустил новую книгу с интригующим названием «Принцип Полины». В

Опрос на сайте

Любите ли Вы читать книги?
Да, читаю постоянно
Читаю редко
Нет, книги не читаю

Вниз и Вверх - Часть 533

Я отношу тебя к последним и, вслед за Аполлинером, задаюсь вопросом: «Не является ли так называемый про­гресс свидетельством того, что наша эпоха ниже веков не­вежества, оставивших нам нетленные памятники своего терпения, из которого рождались разум и знание?»

Не знаю, усилила ли энергия мифа эмоциональное поле моего романа,— еще не просохли чернила, но «что выгово­рено — с тем покончено».

Конечно, мифологизация способна «оснастить крылья­ми» земную массу быта, но есть и другой способ решения творческой задачи: пользуясь всем своим опытом, как показаниями чувствительных приборов, точно найти исход­ную ситуацию — словно безошибочно пробурить скважи­ну,— и, воспроизводя «самодвижение» жизни, все глубже внедряясь в материал, дойти до «пласта», откуда истина, суть явлений сама неудержимо попрет навстречу. В опыте великих в этом смысле показательны редкие неудачи, такие, как «Хозяйка» Достоевского или «Вешние воды» Тургенева, когда «скважина» бурилась либо не там, либо недостаточно глубоко. В творчестве же талантливого писателя можно безошибочно угадать, когда он «вышел на породу»: «Дом на набережной» и «Усвятские шлемоносцы», «Белый пароход» и «Созвездие Козлотура», «Мы и наши горы» и «Привычное дело», «Каратели» и «Знак беды», «Последний срок» и «Последний поклон», «Воспо­минание» и «Укорки Армении», «Луковое поле» и «Где сходилось небо с холмами», «Книга откровений Омара Хайяма» и «Ветер, которому нет имени», «Шел по дороге человек» и «Дата Туташхиа»,— этот список достижений последнего двадцатилетия можно было бы и продолжить:

Оказываетсяг мы не так бедны, как нам порой кажется!

Я вспомнил чувство, испытанное при чтении перечис­ленных произведений, и задумался — почему, с какой стати меня так радовала чужая удача? Разве слухи о творческой ревности — досужий вымысел, выдумка непо­священных? Вот мое объяснение: при всей одинокости, так сказать, кустарности нашего ремесла литература де­лает общее дело; как спасатели в Армении, она борется за жизнь, и, как археологи в Греции, открывает красоту, и каждая подлинная удача — это отваленный камень и расчищенный завал, спасенное дитя или извлеченный из пепла обломок статуи; и не столь уж важно, кто явит нашему взору голову Ники Самофракийской, а кто шлем воина или даже копыто Кентавра,— всему свое место в храме красоты. Работа ведется тысячи лет, и несть ей конца. А шум на пустом месте, дутый успех и фанфары только поднимают пыль и мешают работе.